Статистика

Яндекс.Метрика



Погода

GISMETEO: Погода по г.Коломна

Земля и вода

Номер 25 (856) от 28 июня 2017 г.Мелиорация как одна из составляющих агротехнической культуры и устойчивого производства сельскохозяйственной продукции в истории нашего государства переживала разные времена: от развития до упадка.

Что представляет собой эта отрасль сельского хозяйства сегодня, наша беседа с доктором сельскохозяйственных наук, профессором, директором федерального государственного научного учреждения «Всероссийский научно-исследовательский институт систем орошения и сельскохозяйственного водоснабжения «Радуга» Геннадием Ольгаренко.

– Геннадий Владимирович, просветите читателя, что же такое и чем занимается мелиорация?

– Мелиорация – это комплекс мероприятий по повышению экономического плодородия почвы.

– А конкретнее...

– Мелиорация включает в себя орошение земель, прежде всего в засушливых зонах. Вообще, 70 процентов пахотнопригодного клина у нас находится в зоне рискованного земледелия в засушливых условиях.

В перечне приоритетов – окультуривание, расчистка земельных участков, мероприятия по улучшению качества кислых почв за счёт известкования и фосфоритования. Это может быть и комплекс мероприятий по высадке лесополос, которые не дают разгуляться ветрам и удерживают влагу в почве.

Важнейший элемент – осушение земель.

– Болотистых мест и торфяников?

– Не обязательно. В срединной России, например, в Рязанской области, 30 процентов земель требуют осушения по причине слишком высокого уровня грунтовых вод.

– Вторгаетесь в природу, нарушаете экологический баланс...

– Человек занимается этим с очень давних времён. Кушать хочется всегда и всем. И назад пути нет. По сравнению с газовиками и нефтяниками, мелиораторы наносят природе наименьший урон, занимаясь тем, что путём комплексных мероприятий повышают плодородие земель, не рассчитанных природой на производство такого количества продуктов питания, чтобы накормить увеличивающееся народонаселение.

– Геннадий Владимирович, сделаем небольшой экскурс в историю. Подъём и упадок – можно ли оперировать такими терминами в отношении мелиорации?

– В 1966 году была принята программа развития мелиорации, что естественным образом пошло во благо сельскохозяйственной отрасли. К девяностым с дроблением и развалом крупных советских хозяйств картина кардинально изменилась.

Было 120 миллионов гектаров пашни и около 10 процентов мелиорированных земель, стало 75 миллионов и приблизительно 5 процентов из них мелиорируется.

– Это много или мало?

– Конечно, мало. В странах с засушливым климатом – Китае, Индии орошаемых земель 50 процентов, в США – 24. У нас эти цифры нужно увеличивать, ведь страна обладает колоссальным экспортным потенциалом. По данным ООН, проблема продовольственной безопасности одна из основных в мире, почти миллиард человек голодает.

В нашей стране многое делается в этом направлении, и доходы от сельскохозяйственного производства в экспортную копилку могут стать поболее нефтяных.

За счёт орошаемых площадей с меньшими удельными затратами можно получить большие урожаи. Но одного полива мало, нужны высокие технологии, эффективное применение удобрений, гербицидов и так далее.

– Что в этом плане представляют собой Московская область и Коломенский район?

– Орошаемых земель у нас, конечно, маловато. В областной целевой программе планируется ввод 600 гектаров поливных земель. Неплохо идут дела в Озёрском, Дмитровском районах, с которыми мы тесно работаем. В Коломенском регионе насчитывалось 50 тысяч орошаемых гектаров, ныне не более 2 тысяч.

Есть и положительные примеры: Акатьеве, Непецине, Сергиевском, Пановском, где практикуется полив и капельное орошение, и выращивают рекордные урожаи овощных культур.

В засушливые годы орошаемый гектар у нас даёт прибавку урожая в два-три раза, на юге – в пять раз.

– Ваши приоритеты в научной деятельности?

– Это государственные задания в области разработок новых мелиоративных технологий и новой техники, систем орошения и водоснабжения, нормативно-технической документации. Нормативная база просто устарела. Институт участвовал в разработке региональных и целевой государственных программах развития мелиорации. Мы разрабатываем нормативно-методические документы по материально-техническому обеспечению отрасли.

Занимаемся дополнительным профессиональным образованием, повышением квалификации работников наших управлений. Очень широкий спектр задач. Работы хватает.

– Какая же техника используется на полях сейчас?

– Та же, что и прежде, только модернизированная: широкозахватные дождевальные, шланго-барабанные машины, капельные системы орошения.

– Техника отечественная?

– В основном, импортная. В девяностые из-за отсутствия спроса наша промышленность вообще перестала их производить. Сейчас система восстанавливается. Мы напрямую работаем с заводами. Два типа наших широкозахватных машин длиной до 400 метров, с электроприводом поставлены на производство отечественными заводами.

Откуда берём воду? Из водоёмов. Насосные станции закачивают её в оросительные каналы.

– В научном плане вам есть, чем похвастать?

– В год институт оформляет пять-шесть патентов.

– Какие-то новые технологии полива появились на свет?

– Суть одна: дождь есть дождь. Просто машины стали более автоматизированными, оснащены программами. Где это возможно, пластик заменил металл, добавилось эстетики.

– Тепличные, фермерские хозяйства входят в сферу ваших интересов?

– Тепличный сегмент довольно хорошо прихвачен иностранцами. Оборудование для полива поставляют Голландия, Израиль.

Технику для фермерских хозяйств мы производили и поставляли, потом этот процесс притормозился из-за отсутствия спроса. Теперь возобновляется вновь. Потребителя ищем и находим.

– Скажите, в технической части, по технологиям мы отстаём от запада?

– По уровню технических разработок, конечно, не отстаём. В девяностые тем более не отставали. Отстаём в технологичности – от единичного экземпляра до серийного производства слишком длинный путь.

Реализация технических разработок пока отстаёт. Но уже появилось несколько предприятий, которые поставили производство поливочной техники на поток.

– Несколько слов о своём коллективе.

– В институте работают 88 человек, в том числе 40 научных сотрудников, четыре доктора и 14 кандидатов технических и сельскохозяйственных наук. Боеспособный, творческий коллектив, способный решать любые задачи, продиктованные развитием современной мелиорации.

Наши разработки, наш труд востребованы. И если посчитать, экономическую отдачу наших разработок, затраты на содержание института, которые выделило государство, окупились по меньшей мере раз в двадцать.

Юрий ШИЛОВ.