Статистика

Яндекс.Метрика



Погода

GISMETEO: Погода по г.Коломна

Часовых дел мастер

Номер 21 (596) от 30 мая 2012 г.– Как мне вас называть: часовщик или … – Часовых дел мастер, – был ответ.

Коллекция

Даже не переступив порог этого дома на одной из тихих коломенских улочек, уже настраиваешься на особый лад. Кованые ворота, увенчанные орнаментом с встроенным циферблатом и стрелками, такая же кованая калитка с козырьком. Хозяин любезно предлагает зайти, и, мягко ступая по коврам, минуешь одну, другую комнату, оказываясь в уютной зале, и словно погружаешься в сказку… На стенах, на полу, столах – всюду часы: в тяжёлых резных футлярах выше человеческого роста, с тускло мерцающими циферблатами из металла и керамики, с изящными фигурками богов и богинь греческого пантеона – та, что в тунике, с колчаном стрел за спиной, – Артемида, этот, в дорожной шляпе и крылатых сандалиях, – Гермес. Тишину нарушает лишь мерная, убаюкивающая работа часового механизма, да изредка – мелодичный бой. Трудно представить, какими бы звуками наполнился дом, заговори часы все разом. Тик-так, тик-так…

Хозяин и владелец уникальной коллекции – порядка 150 экземпляров, некоторые раритеты датируются серединой XVIII века – Василий Иванович Тюркин начинает разговор. Все мы родом из детства, только редко об этом задумываемся. Вас когда-нибудь интересовало, как часы ходят? Совсем юный Вася думал, что там, внутри, сидят маленькие человечки и вращают стрелки. Чтобы в этом убедиться, разобрал отцовские часы, человечков не нашёл. За что был примерно наказан.
Спустя много лет, уже пройдя армейскую службу, Василий вернулся к теме, решил досконально разобраться, как и за счёт чего миниатюрный механизм приходит в действие. Потом брал у знакомых старинные часы – восстанавливал, ремонтировал. Так самоучкой дошёл до известных высот. Со временем оставил специальность электротехника, которой зарабатывал на хлеб насущный.

Логика, изобретательность, фантазия

Более чем за 30 лет перевидал Василий Иванович огромное количество моделей часов с разными приводами и прибамбасами. Проштудировал всемирную историю часового дела – от древних водяных и песочных до механических, которые появились ещё в ХIII веке в Голландии.

Точностью хода они не отличались, и специально приставленный к часам человек корректировал положение единственной стрелки, поднимал гири, сообщавшие механизму силу движения.

Технический прогресс не стоял на месте. Средневековые мастера, каждый на свой лад, создавали свои часы оригинальной конструкции. Для этого требовались логика, изобретательность, фантазия. Без этих качеств, считает Тюркин, сам обладая ими в полной мере, в железном деле делать нечего. Необходимо знать принцип действия различных, подчас хитроумных, механизмов. Приходилось мастеру ремонтировать и музыкальные шкатулки. Приносят посмотреть какую-то машину, а в ней отсутствует необходимая деталь. Доходил опытным путем, экспериментировал, резал шаблоны, сначала из картона, чтобы потом перенести оригинальную малюсенькую детальку на жесть, а уж потом – на латунь, чтобы наконец встроить в механизм. За всем этим стояли ювелирная точность, терпение и хитросплетение ума.

В кабинете Василия Ивановича три рабочих стола с тисочками, миниатюрными токарным, сверлильным станочками, с богатейшим инструментарием. Так что технически он может выполнить любую задачу. Впрочем, оговоримся: года три как мастер не берётся за ремонт наручных, карманных часов – острота глаза уже не та, что прежде. Что касается остальных – пожалуйста! К каким часам у Василия Ивановича, как говорится, больше душа лежит?

Электронный продукт для него – мёртвый материал, другое дело – живые механические. Мы ходим, и они ходят, издают бой. Все это за счёт механики, приложения рук человека. Электроника пыталась победить механику, только ничего из этого не вышло.

Говорит: в общем, в часах один и тот же принцип работы, к примеру, как у двигателя «Жигулей» и «Мерседеса» – разницы особой нет, но с разными наворотами. И теперь их всё больше и больше.

Как Швейцария «завоевала» Россию

И мы вновь обратились к истории. Облик часов видоизменялся со временем, сообразно художественным вкусам и стилям той или иной эпохи – от классицизма, барокко, ампира до модерна. Разделение труда привело к тому, что одни начали делать корпуса, другие – механизмы, и все пытались соответствовать требованиям современного дизайна. Но главным всегда оставались надёжность и точность хода.

Изначально законодательницей мод в мире часов считалась Франция. Однако инквизиция посчитала ремесло часовщиков бесовским занятием, что и заставило французских умельцев эмигрировать к соседям, в благоразумную Швейцарию, предопределив на будущие столетья приоритет этой страны в производстве этого уникального предмета обыденности и роскоши. Часовое дело развивалось и процветало. Что обеспечивалось мощнейшей конкуренцией между пришлыми и местными мастерами.

А в Россию, как и многие другие новации, часы пришли благодаря Петру I. Русские пытались учредить собственное производство тикающих диковин. Но иностранному капиталу дали зелёную улицу, не обошлось и без мздоимства петровских чиновников, что и сгубило на взлёте благие намерения развивать собственное часовое дело. Были, конечно, талантливые одиночки, сбиравшие уникальные часовые механизмы в одном – двух экземплярах. Но не они определяли погоду. Часы вначале завозили из-за границы, чтобы затем прочно обосноваться на российской земле, устроив их производство и торговлю. Бреге (помните, у Пушкина: пока недремлющий брегет не прозвонит ему, то есть Онегину, обед), Буре, Мозер – эти часовые марки известны в России с незапамятных времен. Нам же оставалось возить в Европу лес, пеньку и сало, как сказал поэт. И многое ли изменилось с тех пор?

Красноречивый, можно сказать, классический пример появления в России швейцарской фирмы «Генри Мозер и К». Генри Мозеру, изучившему часовое дело, стало скучно и тесно в маленькой Швейцарии, и, прослышав о великих возможностях нашей страны, он приехал к нам, оценил увиденное и воскликнул: работы непочатый край! Сначала возил механизмы и корпуса, наладил сборку, а потом и мануфактуру открыл в Москве. Фирма просуществовала до 1917 года. Мозер, как и Павел Буре, добился звания поставщика двора Его Императорского Величества.

Ходики, будильники…

Советская часовая промышленность, зародившаяся в 30-е довоенные годы, явила потребителю в первую очередь настенные ходики с гирькой на цепочке и будильники. Наручные предназначались прежде всего офицерскому составу Красной Армии. После войны была сделана попытка поставить производство часов на современные рельсы. Даже ходили разговоры о том, что мы вот-вот догоним и обгоним Швейцарию.

– Было такое, – рассказывает Тюркин. – Мы подошли к качеству швейцарских часов, но, по-большому счёту, это не изменило ситуации в целом. Есть у нас такой Чистопольский часовой завод в Татарии, ориентированный прежде всего на нужды военной промышленности – выпуск часов для самолетов, танков и так далее. Там-то и появились знаменитые «Командирские», которые можно было приобрести в основном, как и большинство товаров в те годы, по блату.
Более того, Швейцария в течение семи лет покупала механизмы Чистопольского завода, обрамляла в свои корпуса и успешно продавала эту продукцию, в том числе и на российском рынке.

Сейчас, предостерёг мастер, отечественные часы лучше не покупать. Всё что делается у нас, делается, грубо говоря, из жестянки. И года через два механизм просто превращается в порошок. Потому что так называемые мосты в часах, на которых крепятся колесики, делают из плохой латуни. Почему старинные часы ходят столетиями? Дело в том, что латунь, главный материал для часовых механизмов, в прежние времена гартовали, то есть многократно прокатывали в специальных вальцах, придавая плотность металлической структуре.

И пресловутые рубиновые камни давно уже не ставят, их заменил синтетический корунд, материал более прочный и значительно удешевивший цену изделия.

Куранты на колокольне Иоанна Богослова

Своим возрождением они обязаны Василию Тюркину. Часы молчали чуть ли не полстолетия. В отличие от сегодняшних электронных, те были старыми, добрыми механическими. Василий Иванович практически полностью заменил начинку. И 29 декабря 1989 года стрелка начала новый отсчёт времени. По весне настроил бой. Часы служили четыре года, а остановились после того, как на колокольню пришли рабочие золотить купол. Видимо, очень любознательный оказался народ…

РS. Когда мы пожали друг другу руки, мне подумалось: счастлив должен быть тот человек, профессия и увлечение которого одновременно являются делом его жизни.

Юрий ШИЛОВ.