Статистика

Яндекс.Метрика



Погода

GISMETEO: Погода по г.Коломна

Мир в книжной обложке

Номер 1 (781) от 13 января 2016 г.2015 – Год литературы в России, передав эстафету Году кино, не остался в истории. Предстоит огромная работа, чтобы вернуть у некогда самой читающей страны интерес к книге, к литературе, к художественному слову. Мы предлагаем вам послушать людей, которые, каждый на свой лад, занимаются одним и тем же делом: учат и воспитывают у своих подопечных привычку к чтению, потребность взять в руки книгу, чтобы не расставаться с ней более никогда; о трудностях на этом пути. Это – словесники.

Мама мыла раму

Анна Александровна Червоткина, учитель начальных классов, лицей № 4:

– Всё начинается в первом классе с азбуки – аз и буки – с букв, которые складываются в слоги, затем в слова и предложения. Всё так, как было и раньше. И ничего не изменилось в обучении чтению. Разве только сами учебники – яркие, богато иллюстрированные, большого формата. Если принесёшь в класс красивую книжку, у детей глаза загораются: я тоже такую хочу. Так начинается долгая дорога к чтению, к великой русской литературе.

У всех детей одинаковые стартовые возможности, но есть среди них хорошо читающие, чуть похуже и не читающие вовсе. И первые, чтобы не утратить интерес к программе обучения, которую необходимо пройти от и до, получают усложнённые задания.

Одна из задач начальной школы – привить детям любовь к книге, к чтению. В течение четырёх лет они не просто знакомятся, читают лучшие произведения русской и советской детской классики: Пушкина, Толстого, Пришвина, Короленко, Паустовского, Сладкова, Жидкова…

Мы, педагоги, пользуемся здесь единственно правильным принципом: от простого к сложному. За четыре года обучения ребёнок должен научиться читать, работать с книгой, то есть знать, что есть обложка, форзац, оглавление, уметь работать со словарём, если таковой есть в книге, и так далее. Наши дети, выйдя из начальной школы, могут свободно чувствовать себя в городских библиотеках и читальных залах. И подавляющее большинство из них владеет осознанным, правильным и беглым чтением. А это и есть тропинка к литературе.

Кстати, читающие дети и пишут намного грамотнее. Конечно, стремление читать закладывается в семье, родителями, бабушками и дедушками, и если в доме нет книги, ребёнок растёт обездоленным.

Дети удивительный, податливый и благодарный материал, и жизненно необходимо эту заложенную в них привычку читать, слышать слово сохранить. Ведь без книги трудно говорить о формировании разносторонней, нравственно сформированной личности.

Кем заменить Гарри Поттера

Лариса Николаевна Халяпина, почётный работник образования РФ, гимназия № 9:

– Можно сколько угодно дискутировать о временах и нравах, рассматривая то или иное общественное явление, сегодня ясно: в нашем обществе интерес к книге угасает. А ведь литературу называют человековедением. И тем более важен Год литературы для средней школы.

Ещё совсем недавно в школьной программе для старших классов значилось четыре – шесть часов литературы в неделю, теперь их только три. Есть профильные классы, но так как упал интерес вообще к филологии, этот выбор делают далеко не многие.

Читать стали меньше и всё чаще – адаптированную литературу. Это всевозможные издания, в которых художественные произведения изложены в кратком варианте. Для старшеклассников это просто пагубно. Все изобразительно-выразительные средства отпадают напрочь. Остаётся голая сюжетная линия.

Уходит красота, образность, стилистика нашего языка, неповторимые ни в каком самом блестящем переводе. Своеобразие манеры, языка Бунина, Тургенева, Толстого мы не увидим в этих изложениях.

Мчимся галопом по Европам: на изучение романа Л.Н. Толстого «Война и мир» ныне отпущено 13 часов, почти вдвое меньше прежнего.

Обсудить характеры героев, их взаимоотношения, коллизии практически невозможно – лимит времени. А детям, старшеклассникам особенно, это очень интересно. Понимаешь, что игровой урок нужен. И трудно говорить о человеке, нравственности и тем более о каких-то глубинных тонкостях души в таких временных рамках.

Не читающий человек – обделённый человек. Скудость в словах, неумение выразить свою мысль присущи молодым. Даже словцо такое появилось в обиходе – «неояз», когда ребята общаются с помощью СМСок. Это слова в усечённом виде.

И всё-таки Год литературы для нас особенный. С самого начала была поставлена цель: попробуем стать настоящим читателем. Займёмся чтением – любым, тем, что нравится. И все ринулись читать… не нашу литературу, а зарубежную. О Гарри Поттере, например, и всех его подвигах. У среднего подросткового возраста именно он главный герой.

У старших свои приоритеты: мальчики читают даже не детективы – фантастику, и тут братья Стругацкие не худший вариант, девочки отдают дань сентиментальному роману. И все вместе с трудом одолевают школьную программу чтения русской литературы.

Гимназия включилась в общегородской проект «Открытая книга». И дети откликнулись. Собирали материалы о писателях и книгах-юбилярах этого года, участвовали в различных конкурсах – чтецов, поэтов, викторинах. Плюс словарные уроки, посвящённые Далю и Ожегову, недели словесности.

В проекте участвовали, в первую очередь старшеклассники, они писали эссе, в которых пытались размышлять о состоянии русского языка, носителя кода нации. Эта проблема затронула и взволновала многих.

Надеюсь, удалось расшевелить и заставить читать и думать наших гимназистов, и усилия педагогического коллектива не останутся втуне, пойдут ребятам на пользу. Жаль, что Год литературы закончился так быстро.

Аксиома, не требующая доказательств

Анатолий Валентинович Кулагин, доктор филологических наук, профессор кафедры литературы ГСГУ:

– На филологический факультет приходят, конечно, те выпускники школ, которые имеют склонность к чтению и изучению художественной литературы. Но круг их литературных интересов зачастую, увы, не очень широк, как не очень широк и общекультурный кругозор вообще. Обычно он ограничивается школьной программой, да и ту далеко не все знают так, как хотелось бы.

Иногда спрашиваешь о каком-то герое, какой-то детали из классического произведения, и студенты этого не помнят. То есть, у них нет навыка внимательного чтения, они больше сосредоточены на основных сюжетных линиях и пропускают интересные нюансы.

Я не виню наших студентов, ибо понимаю, что сегодня роль гуманитарных наук в обществе вообще снизилась. Считаю, что единственный способ этому противостоять – постоянный совместный труд тех, кто учит, и тех, кто учится.

Для того чтобы расширить студенческий кругозор, я стараюсь включать в лекции сведения из других областей знаний – истории, философии, искусства. Иногда комментирую детали быта литературных героев, реалии прошлого. Многие слова – «мантилья», «чубук», например, удаляются от современного человека и речевого обихода и нуждаются в элементарном объяснении. Без этого жизнь XIX и даже XX, казалось, близкого нам века, непонятна. Я уже не говорю о Древней Руси, литературу которой мы тоже изучаем.

Необходимо использовать возможности, которые дают нам современные высокие технологии. Телевидение сегодня перестаёт быть актуальным, тем более в условиях студенческого общежития, где у каждого в комнате свой ноутбук.

Старшее поколение порой раздражённо и скептически отзывается об Интернете. Я всегда полушутя-полусерьёзно говорю студентам: старайтесь использовать Интернет в мирных целях.

Существуют очень хорошие научные сайты, например, Института русской литературы Академии наук. В Интернете выложены полные собрания сочинений классиков, есть многие нужные филологам записи телевизионных передач, скажем, цикл бесед Юрия Лотмана о русской культуре.

Чем больше человек читает, тем он грамотнее и в узком – следовании правилам языка, и в широком общекультурном смысле. Это аксиома, не требующая доказательств.

Мне представляется, что важнейшая задача современного филологического образования состоит в том, чтобы вписать классическую литературу в быстро меняющуюся современную жизнь.

Нам, преподавателям вузов, учителям школ, нужно стремиться к тому, чтобы классика не воспринималась, как архаика, как вчерашний день, чтобы наш современник ощущал её смысловой и художественный нерв.

Юрий ШИЛОВ.