Статистика

Яндекс.Метрика



Погода

GISMETEO: Погода по г.Коломна

Не дошёл двух шагов до рейхстага…

Номер 12 (485) от 31 мартаСобеседник нашего корреспондента – Виктор Васильевич Поликушин, сын фронтовика-орденоносца, сам уже пенсионер, ветеран железнодорожного депо Голутвин рассказывает о своём отце - Василии Васильевиче Поликушине.

– Отца я, конечно, не помню, – говорит мой собеседник, протягивая мне пожелтевшие фронтовые фотографии и потёртые на сгибах бумаги-документы.

– А почему «конечно»?
– Да мне ведь только-только восемь месяцев исполнилось, когда он умер.

– Сколько же ему было?
– Двадцать восемь.

– Молодой...
– Конечно. Только израненный весь был, да ещё контуженный... Чего удивительного? Всю войну – на передовой...

Мой собеседник – В.В. Поликушин, сын фронтовика-орденоносца, да и сам уже пенсионер, ветеран железнодорожного депо Голутвин  – показывает на один из снимков.

– Это февраль 1945-го, Германия. Отец – вот он, с аккордеоном. Ему здесь двадцать пять...

Родился Василий в 1920 году, в Константинове (так что он – самый настоящий земляк Сергея Есенина), в обычной многодетной крестьянской семье. Как и все деревенские дети, с самых малых лет помогал родителям, учился в сельской школе, потом выучился на электрика. В действующую армию был призван в двадцатых числах июня 1941-го, сразу по объявлении войны. В известных Гороховецких лагерях освоил военную специальность связиста – и на фронт. Сначала воевал на Донском, потом Степном, Центральном фронтах. В июле 43-го в составе стрелковой дивизии 48-й армии оказался под Малоархангельском, на Орловщине. Именно в эти дни здесь, на Орловско-Курской дуге, начиналось величайшее в истории Второй мировой войны танковое сражение, и именно здесь связист Василий Поликушин заработал свою первую боевую награду – медаль «За отвагу», или, как называли её фронтовики, «солдатский орден». Здесь же получил и своё первое, к счастью, лёгкое ранение.

Напутственное письмо сержанту Поликушину Василию Васильевичу:
Дорогой товарищ сержант Поликушин В.В.!
Славный боевой путь прошло наше соединение за годы Великой Отечественной войны. Этот путь – вместе с тем и Ваш путь. Слава соединения – Ваша слава. Вы участвовали в легендарных битвах под Малоархангельском, под Севском, под Калинковичами, под Бобруйском, под Ковелем, на реках Западный Буг, Висла, Одер. Вы победно пронесли боевое знамя соединения по территории РСФСР Белоруссии, Западной Украины, Польши и Германии. Своим трудом и подвигами Вы содействовали созданию неувядаемой славы соединения, которое за свои отличные боевые действия под городом Ковель, на реке Висла и при ликвидации окружённой группировки противника юго-восточнее Берлина четырежды отмечена в приказах Верховного Главнокомандующего, Генералиссимуса Советского Союза, товарища Сталина и награждена тремя боевыми орденами – Красного Знамени, Кутузова 2-й степени и Богдана Хмельницкого 2-й степени. В боях Вы показали примеры выносливости, отваги, мужества и боевого умения, продемонстрировали сердечную преданность Родине, народу, партии Ленина-Сталина и Советскому Правительству.
Слава Вам, дорогой товарищ! Желаем Вам успехов в дальнейшей жизни и труде на благо и процветание нашей Родины!
21 мая 1946 г. Командир соединения (подпись неразборчиво). Начальник политотдела (подпись неразборчиво).

– Виктор Васильевич, Малоархангельск, Севск – это ведь Центральный фронт. Командующий – Рокоссовский...
– Да, всё правильно. А Севск брала 65-я армия генерал-лейтенанта Батова, которая входила в состав этого фронта.

– А тогда при чём тут 48-я?
– Батов наступал на город в лоб, а 48-я армия генерал-лейтенанта Романенко – с фланга.

– С 20 октября 1943 года Центральный фронт стал именоваться Белорусским (ещё позднее – 1-м Белорусским), а уже 8 января наши войска освободили восточно-белорусские областные центры Мозырь и Калинковичи.
– А во второй половине июня 1944 года соединение, в котором служил отец, участвовало в операции «Багратион», целью которой было окончательное освобождение всей Белоруссии.

– Мама однажды повторила мне рассказ отца, который ей сказал, что когда они входили в Бобруйск, то города практически не существовало. Были одни сплошные руины, и что ещё не успело сгореть – догорало. Постарались специальные группы фашистских огнемётчиков... Именно здесь, при ликвидации окружённой 40-тысячной фашистской группировки Василий Поликушин был ранен второй раз и получил вторую награду – орден Красной Звезды.

В медсанбате пробыл недолго – и снова к ставшим за эти годы уже родными сослуживцам, опять на передовую. А вот и Польша, а вот уже и Висла, которую нужно форсировать...

За форсирование Вислы сержант Поликушин был награждён орденом Славы второй степени, а за освобождение Польши – медалью «За взятие Варшавы». В начале 45-го дивизия одной из первых переправилась через Одер и вступила на землю Германии. Уже на следующий после формирования день немцы предприняли мощную артиллерийскую подготовку и не менее мощную бомбёжку наших войск, а потом пустили танки. В том решающем бою Поликушин был контужен, но в тыл уходить отказался. Немцы так и не отбросили наших солдат назад, за Одер.

А вот и предместья Берлина... Штурмовая группа, в которую входил сержант Поликушин, продвигалась по городу вдоль реки Шпрее. 29 апреля у одного из берлинских соборов во время очередной схватки Поликушин получил ранение, теперь – тяжёлое. Так, именно в тот день, в двух шагах от рейхстага, для него и закончилась война. Жена Клавдия Дмитриевна вспоминала, что он до конца своих дней сокрушался по этому поводу. И действительно: до рейхстага-то было рукой подать, а вот так и не довелось расписаться на его стенах...

Лечение было долгим, поэтому в Россию сержант Поликушин вернулся лишь летом 1946-го. На родине, в Константинове, работы ему не нашлось, поэтому теперь уже бывший сержант перебрался в Коломну, где поступил на машиностроительный завод электриком. В том же 46-м в «Бобрах» (бывший Сад Дворца тепловозостроителей) познакомился с Клавдией Дмитриевной. Поженились, и в 47-м у них родился сын, которого специально или нет, не знаю, назвали Виктором, что в переводе с латинского означает «победитель»...

От годовщины к годовщине всё грустнее и грустнее становится этот воистину святой для нашей России день – Девятое мая. И вдвойне грустнее становится оттого, что понимаешь: это – неизбежно. Бессмертных на нашей земле нет, люди уходят. Кто в двадцать, кто в пятьдесят, кто в восемьдесят или сто, но каждый. И поневоле задумываешься: а может, не стоит впадать в уныние, если ушедший прожил свою короткую ли, длинную ли, но свою и только свою жизнь честно и достойно, не пряча от людей глаза, не стыдясь своих поступков? Честь им и слава, таким людям! Честь и слава! Они – победили!

Алексей КУРГАНОВ.